Выбери любимый жанр

Выбрать книгу по жанру

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Литературный портал Booksfinder.ru

Русские были и небылицы - Кузнецов Игорь Николаевич - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

© И. Н. Кузнецов, составление, 2016

© ООО «Издательство «Вече», 2016

Предисловие

В легендах и преданиях, сколь бы фантастичными они порой ни были, всегда есть реальная основа (быль), в них всегда присутствует незабываемый и неповторимый колорит, постоянно напоминающий о том, что просто придумать такое невозможно; домыслить, приукрасить – да, но не придумать. Тут играют роль и емкие описания близкой, но остающейся непостижимой природы родного края. Увидеть так жизнь может только народ-художник.

Исследователь русского фольклора В. Пропп (1895–1970) разделил народное творчество по двум признакам: первое – когда в реальность смысла не верят, второе – когда верят: «В первом случае имеем художественное оформление вымысла (все произведения сказочного типа), а во втором – художественную передачу действительности или того, что принимается за нее (все виды легенд, сказаний, преданий)».

К произведениям «народной прозы», когда в реальность смысла верят, неизменно относятся предания о древних городах, селах, урочищах, курганах, об исторических лицах. И чаще всего ученые находят подтверждение тому, о чем говорится в устном народном творчестве: от конкретных исторических лиц до деталей быта.

Пионером собирательства таких старинных изустных рассказов можно считать М. Макарова (1785 или 1789–1847). В конце 1820-х годов, будучи чиновником для особых поручений при рязанском губернаторе, Макаров стал записывать народные легенды и предания. В многочисленных его служебных поездках и странствиях по центральным губерниям России сложились «Русские предания».

Исключительное для своего времени (длиною в четверть века) «хождение в народ» с целью изучения его творчества, быта совершил фольклорист, собиратель песен для известного собрания И. Киреевского П. Якушкин (1822–1872).

К народным преданиям неоднократно обращался историк и публицист Н. Аристов (1834–1882), труды которого остались, большей частью, рассеяны в периодических изданиях той поры.

Самые, пожалуй, популярные герои суеверной «народной прозы» (небылицы) – это черти, нечистая сила. Черти соединили в себе образы выходцев из ада с обобщенными представлениями о духах, которые перешли в разряд нечистой силы после утверждения в народном сознании христианства. Нечистая сила может принимать всяческие обличья, враждебна человеку («Плачут под церковью дети»). А вот, например, рассказ о крестьянке («Как жена мужа вызволила»). Откуда? Из чёртова царства.

Колдуны и ведьмы многое унаследовали от служителей языческих культов. В суеверных народных рассказах обычно подчеркивается их завет с дьяволом. Покойники здесь нередко вмешиваются в дела живых, причем особенно это относится к мертвым колдунам («Колдун и священник»). Но и в этих рассказах главное не чудеса, а особенная выраженность в них земных человеческих чувств («Жена из могилы»).

Одно из самых больших собраний «небылиц» («Полное собрание этнографических трудов», 1910–1911) осуществил за свой счет А. Бурцев (1869–1938). Оставаясь, по сути, простым коллекционером, Бурцев собрал их преимущественно в северных губерниях России.

В советское время первый всплеск собирательства фольклора произошел в период активного освоения Крайнего Севера в 1930-х годах. В это время были записаны «Сказки и предания Северного края» (1934) И. Карнауховой и «Поморские бывальщины» (1935) Н. Колпаковой. «Сказки и предания» до сих пор остаются одним из лучших русских сказочных сборников всех времен. Последние по времени записи (1960–1970-е годы), опубликованные в книге, из собрания Н. Криничной (Архив Карельского филиала АН СССР), также одно из значительных событий в фольклористике.

«Были и небылицы» взяты частично из редких изданий. К ним относятся: «Русские предания» (1838–1840) М. Макарова, «Заволоцкая чудь» (1868) П. Ефименко, «Полное собрание этнографических трудов» (1910–1911) А. Бурцева. Большая часть текстов – из старинных журналов и газет. Изменения, внесенные в тексты, незначительны, носят чисто стилистический характер.

Памятники путей богатырских

(Из собрания М. Макарова)

Богатырские кости

Древние, допотопные кости мамонтов, большей частью, почитались у нас костьми богатырскими. И там и сям рассказывали о богатырях гигантах. В округе города Переславль-Залесского один помещик употреблял плоскую мамонтову кость вместо печной заслонки, добрые люди звали эту кость ребром Добрыни Никитича. Сам Переславль имеет предание о каком-то Васе Переславце, на которого если кто взглядывал, то никакая шапка не удерживалась на голове: таков этот Вася был высок ростом. В Тульской губернии подобный же богатырь вырывал по засекам столетние дубы и проч. В пустоши Козихинской под Лебедянью вам еще и нынче покажут на одном камне гигантский след богатырской ноги и копыта того коня, на котором разъезжал богатырь. Там найдутся также люди, которые будут говорить, без шуток, что это копыто от ноги Полкановой.

Гаденово озеро

В древних русских стихотворениях, изданных Ф. П. Ключаревым, есть длинная песня о подвигах сильного и могучего богатыря Ивана Гаденовича, жившего, как водилось, по быту богатырскому, во времена князя Владимира Солнышка, во славном во городе во Киеве. А родился он, Гаденович, как вы думаете где? В Ростовской области, будто бы близ нынешнего города Петровска, на берегах озера Гаденова.

– Да! Могуч был этот Иван Гаденович, – проговаривал старинный народ ростовский, – играл и гуливал он, Гаденович, по-молодецки; да как зачерпнет, бывало, пригоршни-другие ключевой водицы из своего озера; да как захочет он утолить ею свою жажду богатырскую – и вот нет у нас озера до весны красной! Обирают только по тине заснулую рыбку; а бабам и холста намочить нечем!